конрат

«Родоплеменной состав казахов конец XIX - начало XX вв.). Этноисторический справочник.», ,
Астафьев И.В., Алматы, Казахстан, E-mail: ilya@astafyev.kz Моб. тел.: +7(777)-210-40-66 Кукашев Р.Ш.

Одно из крупнейших и основных племен казахов Среднего жуза . Ураны «Алатау», «Мулкаман», тамга (босага).

Этноним конрат восходит к монгольскому племени хонкират, упоминаемому в китайской «Ляоши» (1125 г.), в монгольском «Сокровенном сказании» (1240 г.), у Рашид-ад-Дина (XIV в.). Из хонкиратов была старшая жена Чингисхана, жены многих его сыновей и внуков, родство с ханским родом обусловили высокое положение хонкиратов в Монгольской империи. Обитавшие в XII – начале XIII вв. на берегах р. Толы (Монголия) хонкираты расселились главным образом в улусе Джучи (Золотая Орда), приняли в свой состав зависимые (покоренные) тюркские племена и быстро тюркизировались, сохранив в тюркском произношении свой этноним.

Конраты играли значительную роль в политической жизни Дешт-и Кыпчака в XIV – XV вв. и в борьбе Золотой орды с Тимуром и Тимуридами. В период борьбы между казахскими и узбекскими ханами часть конратов покинула казахские степи и ушла в Мавераннахр, где стала одним из компонентов узбекского и каракалпакского народов. Однако основная их масса осталась на территории Казахстана. В XVIII в. конраты Каратау и найманы Семиречья составляли военную силу хана Аблая. Во время Вали-хана (1716–1821 гг.) конраты отделились от Среднего жуза и стали кочевать в пределах среднеазиатских ханств и «всего более в горах Каратау и по реке Талас» (Ч. Валиханов).

Племя конрат подразделялось на две основные ветви: котенши и коктын-улы. От Котенши пошли Суйениш, Сопы, Макы, Досымкул. От Коктынулы пошли Кулшыгаш, Каракосе, Кера, Абад-Жабад.

Кстати, по народным преданиям, легендарный эпический богатырь Алпамыс-батыр происходил из рода божбан, входящего в подразделение суйениш (котенши). В этом же эпосе, в частности, прослеживаются связи казахских конратов с конратами-узбеками, жителями Байсуна и Хорезма (в Хорезме в XIV в. господствовала конратская династия Суфидов, а через несколько веков Кунгратская династия Хивинских ханов).

Вопрос об этнической истории конратов Казахстана и их взаимосвязи с конратами Узбекистана и Каракалпакии – большая самостоятельная проблема, ждущая дальнейшего исследования. И. Магидович, один из первых исследователей, коснувшийся этой проблемы, считал, что предками большинства хорезмийских узбеков были конраты, жившие там еще до узбекского завоевания, а казахский конратский союз образовался позднее, не ранее XV в. В завоеваниях же Шейбани-хана участвовал именно хорезмийский конратский союз, а не казахский. Подтверждением этому он считал несовпадение родовых названий казахских и узбекских конратов, а также предания конратов Восточной Бухары (т.е. Жидели Байсуна), что они выходцы из Хорезма и перекочевали в Бухару во время завоевания Мавераннахра Шейбани-ханом.

Вероятно для такой точки зрения есть резонные основания. Достаточно вспомнить, что конраты были приданы Чингисханом не только в четырехтысячную монгольскую гвардию Джучи, но и составляли тысячу конратского Мугэ-нойона, переданную в войско другого его сына – Чагатая, и могли пребывать в Узбекистане уже в середине XIII в.

Вместе с тем, по материалам Б. Кармышевой, среди узбекских конратов только род кара-конрат считает себя исконно хорезмийским, а у остальных подразделений распространены представления о приходе их предков из Арка-юрта, т.е. Сары-Арки, где во времена Абулхайр-хана располагалось государство кочевых узбеков, и о близком родстве с казахами.

Об ограниченности исторической связи между казахскими и каракалпакскими конратами пишет Т. Жданко, опять-таки ссылаясь на полное несовпадение названий их родовых подразделений и, наоборот, указывая на их полное совпадение с конратами-узбеками.

На наш взгляд, это ошибочное мнение. Во-первых, здесь упускается из виду то обстоятельство, что у узбеков и каракалпаков, в отличие от казахов, этноним конрат превратился из названия племени в обозначение союза племен. Возьмем, к примеру, несколько сходных названий крупных родов узбекских и каракалпакских конратов: ачамайлы, балгалы, богаджели, канджигалы, кайчылы, тараклы, шомышлы. Да, их нет в составе основных подразделений казахских конратов, но все они встречаются в качестве основных подразделений казахских племен кереев, найманов, кыпчаков, дулатов и джалаиров. И это неудивительно, если учесть главенствующую роль конратов в политической жизни улусов Джучи и Чагатая, при Тимуридах и в государстве кочевых узбеков.

Во-вторых, вышеприведенные авторы не могли опираться на родовые предания казахских конратов (к сожалению, до сих пор не опубликованные), в которых прослеживаются тесные исторические связи не только с конратскими очагами в Средней Азии – Жидел Байсуне и Хорезме, но и с золотоордынскими регионами – на Волге и Урале, в Крыму.

Приведем несколько примеров. В «Шежире» каракалпакского сказителя Бердаха упоминается Нагадай-би, «ага (старший) журта всех конратов предок». В устных родословных казахских конратов Нагадай (по-казахски Наганай) тоже считается главным предком племени. От него пошли пять сыновей: Жыгалы, Мелдеби, Орынби, Коктанри и Улбиши-Байсын. От потомства первых трех сыновей вышли казахские конраты, от двух последних – узбекские.

Любопытны легенды о старшем сыне Наганая – Жыгалы-мырзе} (дословно «принц, имеющий на голове джигу» – султан из перьев на головном уборе). По одной из них, он умер еще в Жидели Байсуне, по другой в – Хорезме, по третьей – в Туркестане, где служил главным вакилем по сбору ясака среди казахов для «калмыцкого» хана Алихана во времена, когда еще не было казахских жузов.

В последнем предании, возможно, проскальзывает смутная народная память о временах образования улуса Джучи (имя Алихан можно вывести из арабско-персидского слова «альхан» – «вонючий, необрезанный», в смысле язычник-кафир), которому Чингисхан в качестве наставника в походе на Дешт-и Кыпчак назначил его дядю по матери Борте-фуджин, сына предводителя конкуратов Дай-нойона.

Если наша догадка верна, то, как нам кажется, можно мифического Нагадая-Наганая отожествить со сватом Есугей-бахадура, а его пять сыновей с родоначальниками конратов улусов Джучи и Чагатая.

Среди этнонимов казахских конратов обращает на себя внимание и название рода сангыл, созвучное имени Сенкель, которому, по одной из легенд, записанной в начале XIX в. среди конратов Крыма, Чингисхан дал уран и тамгу.

Глубокий исторический подтекст усматривается и в наименованиях других родов казахов-конратов: сопы (софы в Хорезме), божбан (связь с «Алпамысом»), кара (сравни с вышеупомянутым узбекским родом караконрат) и т. п. Исходя из вышеизложенного представляется, что именно казахские конраты, сохранившие племенную самостоятельность, в отличие от узбекских и каракалпакских соплеменников, и отчетливые фольклорные реминисценции, восходящие непосредственно к эпохе Золотой Орды, являются наиболее чистым ядром средневековых хонхиратов, сыгравших исключительную роль в этнической консолидации племен Дешт-и Кыпчака в монгольское и постмонгольское время.

По сельскохозяйственной переписи Российской Империи 1908–1913 гг., конратов насчитывалось 128 тысяч человек. Чимкентский уезд – 75,9 тысяч человек, или 28 % казахского населения, Джизакский уезд – 25,2 тыс., 73,6 % казахского населения, Перовский уезд – 19,5 тысяч, 13,3 % казахского населения).